Материал опубликован в журнале «Арсенал Отечества» № 5 (37) за 2018 г.

Виктор Мураховский, Алексей Леонков

Военно-морской флот давно уже стал индикатором, по которому определяют военную и экономическую мощь государства, его возможность проводить мировую экспансию, защищать свои торговые маршруты и давать отпор агрессору, а также претендовать на звание сверхдержавы. Прослеживая ход истории, можно увидеть чёткую взаимосвязь между количеством боевых кораблей и стремлением к мировому лидерству. У Испании была непобедимая Армада, Британия исторически называлась владычицей морей, фашистская Германия пугала наших союзников по Второй мировой войне своими подводными лодками из «волчьей стаи». После войны США благодаря своим авианосцам демонстрировали и применяли силу по всему миру, утверждая и подтверждая свой статус сверхдержавы.

Россия же на своём историческом пути флот создавала, расширяла, перестраивала, теряла, забывала и возрождала. «Русские горки» отечественного флота объяснялись колебаниями в выборе типа, класса, ранга и количества кораблей. Определение состава эскадр на морях и океанах тесно переплетались с морской политикой, которую формировали и проводили как во времена царского правительства, так и ныне в Российской Федерации. Примечателен тот факт, что постоянно стоял вопрос: каким быть флоту российскому? И он вызывал активное обсуждение не только в СМИ, но и в военно-морских учреждениях, начиная от КБ, верфи и заканчивая главным штабом флота.
Зачастую такие дискуссии приводили к тому, что Россия позже других признанных морских держав вступала в гонку перевооружений и вводила в состав своего флота новые корабли, которые могли вести бой на равных с кораблями недружественных соседей. Это дорого обходилась нашему флоту, чьи успешные действия на просторах морей и океанов стали темами популярных песен, романов и фильмов. Естественно, были и исключения, когда благодаря своевременности появления новых кораблей и мастерству флотоводцев российский флот побеждал в морских баталиях.
Интересна ещё одна характерная особенность нашего флота — это ориентация на зарубежный опыт. Россия постоянно отслеживала направления развития флота у наших, не всегда дружественных, соседей стараясь быть в фарватере мировых тенденций кораблестроения. В тех случаях, когда она пыталась следовать «моде» на тот или иной класс кораблей, потратив время и значительные ресурсы на их строительство, вдруг обнаруживалось, что «мода» прошла, и сейчас на зарубежных верфях строят другие корабли, которые во многом превосходят созданные нашими корабелами.
Нынешняя программа развития нашего флота заложена в «Основах политики Российской Федерации в области военно-морской деятельности на период до 2010 года», которая вошла в состав «Морской доктрины Российской Федерации на период до 2020 года». В этих документах изложены меры по реализации приоритетных направлений политики в области военно-морской деятельности и защиты интересов России и её союзников, а также программа и приоритеты развития военно-морского флота.
К интересам, которые наш флот должен защищать, относятся:

  • обеспечение прав Российской Федерации в Арктике;
  • делимитация территориального моря, исключительной экономической зоны и континентального шельфа РФ;
  • закрепление за Азовским морем статуса внутренних морских вод Российской Федерации и Украины;
  • обеспечения свободы деятельности России в Черном и Каспийском морях, а также на континентальном шельфе;
  • обеспечение беспрепятственного прохода кораблей и судов Военно-Морского Флота через проливы, используемые для международного судоходства;
  • укрепление международно-правового статуса и обеспечения деятельности Черноморского флота;
  • обеспечение базирования сил Военно-Морского Флота на территории иностранных государств.

Свои интересы и права на морских просторах Россия будет обеспечивать путем поддержания в боевой готовности и совершенствования морской техники и вооружения по программе развития, которая включает в себя следующее:

  • обеспечение сбалансированного развития морской составляющей стратегических ядерных сил и морских сил общего назначения, которое должно предусматривать;
  • сосредоточение усилий на восстановлении, модернизации и поддержании в боевой готовности имеющихся в войсках систем, комплексов и средств, а также на создании научно-технического задела по перспективной морской технике и вооружению;
  • оснащение современными вооружениями и военной техникой преимущественно соединений и воинских частей постоянной готовности;
  • сокращение номенклатуры морской техники и вооружения, переход на строительство унифицированных боевых кораблей, судов обеспечения и объектов прибрежно-портовой инфраструктуры;
  • повышение боевого потенциала группировок сил флотов за счет наращивания ударных, информационных и других возможностей морской техники и вооружения, позволяющих сохранить научно-технический паритет с зарубежными аналогами;
  • повышение оперативности, надежности, скрытности и устойчивости связи и управления;
  • освоение и оборудование Мирового океана как возможной сферы ведения военных действий путем создания (поддержания) и развертывания единой системы освещения обстановки в Мировом океане, глобальных систем навигации, связи и боевого управления, разведки и целеуказания, гидрометеорологического, топогеодезического и картографического обеспечения;

Главными приоритетами развития нашего флота является создание ракетных подводных лодок стратегического назначения; многоцелевых подводных лодок; универсальных боевых надводных кораблей; систем разведки и целеуказания, боевого управления, навигации, в первую очередь космических систем.

С момента принятия «Основ политики РФ в области военно-морской деятельности» прошло 18 лет, но говорить о том, что она выполнена полностью, не приходится.
Однако поиск ответа на извечный русский вопрос «Кто виноват?» не является целью этой статьи. Правильнее будет сосредоточиться на другом известном русском вопросе «Что делать?», ответ на который складывается не только с учётом изменений технологий и материаловедения, оперативного и тактического искусства, но и принимая во вниманме быстро меняющуюся обстановку около границ Российской Федерации.
Оценивая деятельность АО «ОСК» можно видеть, тенденцию к исправлению сложившийся ситуации. Во-первых, на предприятиях концерна нарастили темпы выпуска кораблей и подводных лодок. Во-вторых, закрываются старые долги предприятий, которые не позволяли получать финансирование по новым программам. В-третьих, появились инициативные разработки как в комплектации кораблей, так и в самих проектах, т. е. предприятия и КБ корпорации начинают играть всё более активную роль в вопросах формирования облика флота. Фактически можно наблюдать как переламывается негативная тенденция, которая держала наш флот в районе пирса и морских границ. Понятно, что именно в этот момент со стороны заказчика и государства остро требуется адекватная поддержка и развитие таких условий, которые вектор возрождения превратят в генеральную линию развития флота. Это касается, в том числе, финансирования заказов, маржинальности контрактов (разница между себестоимостью и ценой, которую готов платить потребитель), размер которой позволит промышленности проводить дальнейшую модернизацию производств, совершенствовать технологии, удерживать высококлассных специалистов-судостроителей.
При этом командованию ВМФ и кораблестроителям придётся решать дилемму:

  • Создавать близкие аналоги существующих и перспективных кораблей мировых морских держав.
  • Соблюдая баланс между национальной оборонной достаточностью и эффективным поддержанием интересов России и её союзников, Строить корабли способные действовать в ближней и дальней морской, а также океанских зонах.

Именно поиску пути развития ВМФ Российской Федерации был посвящён круглый стол «Роль судостроения в укреплении военно-морского потенциала России и её экономической мощи», на который АО «ОСК» собрало представителей ОПК, ВМФ и экспертного сообщества. (прошел 22 августа 2018 года в дни работы форума «Армия-2018»). Обсуждались два главных вопроса:

  • Приоритеты морской политики России;
  • Задачи российского судостроения в свете обеспечения стратегического баланса в Мировом океане.

Открывая дискуссию, президент АО «ОСК» Алексей Рахманов отметил известную символичность в том, что дискуссия проходит на фоне введения со стороны США очередного пакета санкций против наших предприятий.
«Страна, не столько Россия, сколько Советский Союз, не впервые сталкивается с подобным давлением, причем военно-морская доктрина России предполагает, что в мировом океане сохранятся существующие и появятся новые опасности и угрозы ее национальной безопасности, основной из которых называется стремление ряда государств, прежде всего США и их сторонников, союзников, доминирование, в том числе в Арктике, а также достижение подавляющего превосходства своих военно-морских сил. Однако, о путях развития мирового судостроения экспертных оценок не так уж и много, в том числе и о том, как будут разворачиваться события в мировом океане, какие типы кораблей будут нужны в ближайшем будущем. Очевидно лишь то, что лицо нашей отрасли фантастически быстро меняется, несмотря на длинный цикл строительства судов и военных кораблей. Еще недавно многим казалось, что будущее за флотом больших размеров. Сейчас же все чаще мы строим корабли с относительно небольшим водоизмещением, но с мощнейшими боевыми системами ударного оружия. И это может говорить не только об экономии средств, но и об изменении самой модели действий в море».
Как следует из слов оратора, участие в гонке вооружений и создание большого количества кораблей, дабы ни в чем не уступать вероятному противнику, не являются приоритетными для кораблестроительной отрасли. Главный советник президента АО «ОСК», экс-командующий ВМФ России, Виктор Чирков уточнил некоторые детали развития нашего флота, который в будущем должен занять «второе место в мире по боевым возможностям»:

  • Способность военно-морского флота нанести ущерб флоту противника на уровне не ниже критического с применением нестратегического ядерного оружия;
  • Возможность наращивать военно-морскую группировку на опасном стратегическом направлении за счет межтеатрового маневра силами флотов;
  • Сбалансированное развитие военно-морского флота в целях недопущения исключительного превосходства над ним военно-морских сил Соединенных Штатов Америки и других ведущих морских держав;
  • Обеспечение длительного присутствия сил военно-морского флота в стратегически важных районах Мирового океана;
  • Создание современной системы безопасности Российской Федерации в пограничной сфере, обеспечивающей формирование благоприятной обстановки в морском пространстве и за его пределами

Таким образом, наши кораблестроители больше склоняются ко второму пути развития, но существуют ряд объективных обстоятельств, которые не позволяют быстро наращивать темпы выпуска кораблей морской и океанской зон действия.
Во-первых, в СССР создание кораблей для ВМФ носило относительно плановый и серийный характер, но, начиная с 2001 года,, кораблестроение представляло собой «смесь интересов отдельных групп, предприятий и проектов». Как следствие это породило проблему квалифицированного заказчика. Заказчик меняет требования к кораблю в процессе проектирования и даже во время его постройки. Зачастую головной корабль становится плавучим НИИ, сроки его постройки и сдачи затягиваются до бесконечности (пример, фрегат проекта 22350).

Решение: взять за основу опыт СВ и ПВО, РВСН и ВВС. Определить состав корабельной ударной группы (КУГ) океанской зоны (СФ и ТОФ) с полосой ответственности до 1500–2000 км (1–2 суток перехода КУГ) от границ, и морской зоны (ЧФ и БФ). Перечень задач, унифицированных комплексов вооружений для таких КУГ, должно идти параллельно с созданием АСУ Флота и АСУ ВМФ дающих возможность единого планирования операций, решение вопросов логистики и ремонта — исходя из требований оборонной достаточности.

Во-вторых, наш флот обременён проблемой многотипности кораблей одного класса, доставшейся нам в наследие от СССР и «гонки вооружений». В ВМФ России присутствует 27 типов кораблей 1, 2 и 3 ранга, более 70% которых встали в строй до 1991 года. Все эти средства необходимо держать в боевой готовности. При этом предприятия, которые производили основные узлы и агрегаты, оборудования и комплексы вооружений для этих кораблей либо прекратили своё существование, либо находятся в на территории бывших странах соцлагеря. Поставка качественных запчастей зачастую приводит к увеличению расходов на их приобретение, а также к длительному простою кораблей в доках судоремонтных предприятий. Как известно, каждые 5–10 лет любой корабль становится на плановый ремонт. Поэтому места ремонта переполнены кораблями, которые могут быть отремонтированы быстро и другими, которые годами ждут чуда — появления запасных частей. История с поставками двигательных установок из Украины показала, что под угрозой срыва находятся не только ремонт стоящих на службе кораблей, но и производство новых и перспективных.

Решение: продолжать политику импортозамещения, создавать и включать российские предприятия в полный производственный цикл создания кораблей.

В-третьих, малосерийность поступающих на флот современных кораблей. Понятно, что это ведёт к существенному удорожанию постройки, а также к увеличению стоимости эксплуатации корабля. Заказчик не стремится финансировать перспективное изделие даже для ключевых корабельных систем, если нет прямой связи с конкретными проектами.

Решение: все корабли и подводные лодки надо строить сериями от 10–15 единиц и более. При этом, четко понимая, что корабли ближней морской зоны могут быть эффективными в акватории Черного, Балтийского и Каспийского морей, и смогут показать такую же боеспособность в Атлантике, Арктике и Тихом океане только в составе соединения кораблей дальней морской и океанской зон. В то же время кораблям океанской зоны практически нечего делать на просторах внутренних морей, по причине повышения боеспособности флота за счет привлечения комплексов береговой обороны и противокорабельных средств ВКС РФ.

В-четвертых, остается не решенной проблема стапельных мест и мощностей для крупных серий кораблей первого ранга, т. е. кораблей океанской зоны действий. У нас сейчас есть лишь одна верфь — на Дальнем востоке (ССК «Звезда»), но она не загружена военными заказами, т. к. изначально создавалась исключительно под гражданские проекты. На возможность строительства кораблей океанской зоны напрямую влияет проблема заказов газотурбинных энергетических установок для этих кораблей.

Решение: загрузить производственные мощности ССК «Звезда» заказами по созданию кораблей 1 ранга. На основе «Дальневосточного завода «Звезда» и ССК «Звезда» создать кораблестроительный кластер с дополнительными площадками в Магадане и Петропавловске-Камчатском. На основе «ОДК-Сатурн» продолжить работы по созданию газотурбинных энергетических установок для кораблей 1 и 2 ранга.

В-пятых, существует проблема ценообразования на продукцию военного назначения — нынешняя система «возмещения издержек + норма рентабельности» объективно ведет к стремлению головных предприятий как можно большие объемы делать самим (военно-промышленный феодализм).

Решение: опыт АО “Зеленодольский завод имени А. М. Горького” и ОАО «Пелла» показал, что небольшие серии кораблей 2 и 3 ранга могут производить компании, не входящие в АО «ОСК». Судостроительной корпорации же рентабельней выпускать крупные серии кораблей 1 и 2 рангов, а также сохранять монополию на строительство подводных лодок.

Как известно, в 2011 году Министерство обороны планировало закупить 100 кораблей, включая 20 подлодок, 35 корветов и 15 фрегатов. Затем было множество сообщений о изменении объема закупок, пока в мае 2014 года не утвердили программу военного кораблестроения, рассчитанную до 2050 года (ПВК-2050). Согласно ПВК-2050 для флота России планируется построить более 600 надводных кораблей, подводных лодок и различных судов обеспечения. Много это или мало?
По сравнению с планами США увеличить состав своего флота до 355 кораблей, включая подводные лодки и боевые надводные корабли основных классов, фрегаты, корабли прибрежной зоны (littoralcombatships), минно-тральные, десантные корабли, суда снабжения (resupplyships) и обеспечения (supportships) — выглядит впечатляюще. Сам напрашивается вывод, что Россия все-таки вступила в «гонку вооружений». Но это не так. По данным TheMilitaryBalance 2017 в списочном составе нашего флота числится 551 корабль, из которых 269 являются кораблями обеспечения. Таким образом, у нас 282 боевых единиц надводных кораблей и подводных лодок, с учетом советского наследия.
В отличие от США, имеющих фактически две океанских зоны — Атлантического и Тихого океанов, у России три морских зоны и две океанских. Во всех этих акваториях надо держать постоянно боеспособные соединения флота обеспечивающие оборонную достаточность. Поэтому корректнее сравнивать соотношение сил, находящихся в составе Северного и Тихоокеанского флотов с ВМФ США, а корабли Балтийского и Черноморского флотов с военно-морскими силами стран НАТО.
В Северном флоте у нас 82 боевых корабля и подводных лодок, и 56 судов обеспечения, а в составе ТОФ — 64 боевых корабля и подлодок, и 77 судов обеспечения. По сравнению с ВМС США наш океанский флот меньше на 25%. Балтийский и Черноморский флот общей численностью 309 вымпелов будет противостоять ВМС европейских стран НАТО, насчитывающих свыше 530 кораблей, подлодок и вспомогательных судов. Дисбаланс 70% в пользу стран НАТО.
Начиная с 2012 года Россия не стремится поддерживать гонку вооружений, которую пытаются навязать США и страны НАТО. Поэтому приоритет отдается качеству и боевым возможностям вооружения и военной техники.
Выбор вектора развития флота практически уже сделан. Несмотря на то, что данные по будущему составу флота нигде пока не публиковались, можно приблизительно представить каким будет состав ВМФ России к 2050 году. Безусловно, разнотипность кораблей сведется к 10 типам кораблей и подводных лодок. Соответственно, эти корабли будут делиться по зонам ответственности:

Корабли океанской и дальней морской зон:

  • атомные подводные лодки (носители МБР и КРМБ);
  • универсальный десантный корабль;
  • универсальный авианесущий корабль;
  • эскадренный миноносец / фрегат;
  • корвет.

Корабли ближней морской зоны

  • корвет;
  • малый ракетный корабль;
  • большой десантный корабль;
  • дизельные подводные лодки (КРМБ);
  • универсальный минно-тральный корабль.

По оценкам экспертов, строительство современного флота обойдётся в солидную сумму — 4,7 трлн рублей (по ГПВ-2020) плюс дополнительное финансирование — 3,3 трлн рублей (по ГПВ-2027). При этом общая численность не должна быть менее 260 боевых кораблей и подводных лодок, а вот качественные показатели боеспособности за счет установки современных комплексов наступательного вооружения, БИУС и обеспечения должны превысить существующий уровень ВМФ России в 2–2,5 раза по дальности обнаружения и поражения, по точности поражения и эффективности обороны в отрытом море.
В завершение следует подчеркнуть, что судьба флота находится не только в руках АО «ОСК» и других кораблестроительных предприятий. Она также зависит и от уровня квалификации заказчика, который разбирается не только в оперативном искусстве и внешней военно-политической обстановке, но понимает основы строительства и комплектования кораблей и подводных лодок, создающихся как единое целое на весь срок службы в 30–40 лет. 

Партнёры

Реклама

Журнал онлайн

Редакция журнала

Адрес редакции:
107023, г. Москва, ул. Большая Семёновская, д.32, офис 200

Телефон:
+7 (495) 240 81 49

E-mail:
info@arsenal-otechestva.ru 

Подписка на журнал

Журнал «Арсенал Отечества» продолжает подписку на 2018 год. Издание выходит с 2012 года с периодичностью 6 раз в год.

Стоимость годовой подписки — 9 000 руб.

По вопросам подписки или приобретения журнала в розницу обращайтесь к С.А. Бугаеву (sbuga1960@yandex.ru+7 (916) 337-14-17)